Как большевики запретили колокольный звон

19 сентября 1923 года в СССР было принято постановление «О набатном звоне». В нём, в числе прочего, были и такие слова: «Виновные в созыве населения набатным звоном, тревожными гудками и т.п. способами с контрреволюционными целями предаются революционному трибуналу».

О богослужебном звоне в постановлении ничего не говорилось, но невозможно было доказать чекистам, какой звон контрреволюционный, а какой – нет. Ситуацию усугубляло то обстоятельство, что все священнослужители к этому времени считались «классово чуждыми». Так был введён фактический запрет на колокольные звоны. Вскоре его подкрепили «многочисленными требованиями рабочих», которых звон «отвлекал от созидательного социалистического труда».

Нет звонов, значит и колокола не нужны. Началась всероссийская антиколокольная кампания, тон которой задал некий профессор Гидулянов, который объявил, что в стране «зря пропадает» около 2 млн. пудов ценнейшего цветного металла. В своей книге, изданной массовым тиражом, «Колокола на службе магии и царизма» он писал: «Волховстрою и Днепрострою нужны материалы для электролитической работы. При переработке колокольного сплава электролитическим путём СССР приобретает значительное количество... олова и цинка, являющихся у нас дефицитом ещё с первых месяцев империалистической войны». В качестве «наиболее целесообразного» выхода для ликвидации уникальных колоколов был предложен вывоз их за границу и продажа их там «наравне с другими предметами роскоши».

Однако известно, что, например, колокола Данилова монастыря, недавно вернувшиеся на родину из Гарвардского университета, попросту выбросили на свалку, где их и подобрал предприимчивый американский бизнесмен. Отправку колоколов «на нужды индустриализации» объявили важнейшим политическим делом. В результате на все московские церкви до нас дошли всего два неповреждённых комплекта колоколов – на храме Ильи Пророка в Черкизове и на крохотной церквушке Покрова на Лыщиковой горе.

Количество уничтоженных в то время древних колоколов даже не поддается учёту. В дневниках Михаила Пришвина описано, как «победившие пролетарии» рубили топорами Царь-колокол Троице-Сергиевой лавры. В «городе Ленина» были сброшены на землю все колокола Исаакиевского собора во главе с самым большим, весившим две тысячи пудов. В Звенигороде под надуманным предлогом был уничтожен самый певучий и благозвучный колокол России, который специально приезжали послушать многие знаменитые музыканты. Были утрачены очень многие секреты изготовления чудо-колоколов, раскрыть которые тщетно пытаются до сих пор.

Фото М.М. Пришвина. Журнал "Покров".

Участники событий и другие указанные лица:

• Пришвин Михаил Михайлович, русский и советский писатель, прозаик и публицист, военный корреспондент, путешественник, фотограф, краевед, педагог, исследователь вопросов человеческого бытия.